Аполлинарий Васнецов - младший брат Виктора Васнецова, гораздо более известного художника, автора «Богатырей», «Аленушки» и многих других знаменитых полотен.

Названия работ Аполлинария Михайловича  больше известны тем, кто увлекается историей всерьез: «Улица в Китай-городе. Начало XVII века», «Красная площадь во второй половине XVII века». «Гонцы. Ранним утром в Кремле. Начало XVII века».

Аполлинарий Васнецов родился 25 июля (6 августа) 1856 года в вятском селе Рябово, в большой и дружной семье сельского священника. Детей в ней было шестеро, и все мальчики. Отец, Михаил Васильевич Васнецов, для своих сыновей служил благотворным примером. Человек хорошо образованный и разносторонний, он не замыкался в кругу служебных обязанностей, развивал в себе стремление к знаниям, умение видеть красоту вокруг. Михаил Васильевич знал несколько языков, хорошо рисовал, разбирался в вопросах естествознания и астрономии.

Всю жизнь Аполлинарий Михайлович хранил благодарную память об отце. В своей автобиографии «Как я сделался художником и как и что работал» он писал: «Любовь к природе… влюбленность в нее, наблюдательность была воспитана во мне отцом с глубокого детства. Когда наступала весна, он звал меня в лес слушать зябликов, перед окнами мы ставили скворечники, вечерами всей семьей гуляли по полям. Ночью он обращал мое внимание на небо, и я с детства знал главные созвездия и звезды, вращение небесного свода и его причины».

Васнецовы рано познали горечь утраты: в 1866 году умерла мать, в 1870-м — отец. В тринадцать лет Аполлинарий остался круглым сиротой. Брат Виктор был на восемь лет старше и в то время уже учился в Императорской Академии художеств. Когда он увидел талантливые рисунки младшего брата, то понял, что в семье растет еще один художник. С тех пор Виктор не оставлял его без внимания.

Аполлинарий учился все в том же Вятском духовном училище. Пример старшего брата оказался заразительным – мальчик увлекся живописью. Впоследствии он писал: «Я и художником-то стал потому, что с детства видел его рисунки и работы. Виктор зорко следил за правильной передачей натуры, следил за формой, техникой и выбором натуры, и все альбомы того (вятского) времени рисованы при его руководстве».

Мальчик брал уроки у художника Михала Эльвиро Андриолли, сосланного в Вятку за участие в Польском восстании 1863–1864 годов. Тот тяготел к романтизму, а вообще брался за все, что подвернется. В 1872 году юноша окончил духовное училище и по настоянию старшего брата приехал к нему в Петербург.

Виктор Михайлович вовсю был занят собственной карьерой. Тем не менее он взял над младшим братом – сиротой – некое шефство. И сам обучал его живописи – тому, чему успел научиться, и уговорил помочь своих старших товарищей: Илью Репина, Василия Поленова и Марка Антокольского. Настаивал, чтобы брат поступил в Академию. Но тот все колебался. Да, живопись привлекает молодого человека, но привлекают и история, и геология, и астрономия, и педагогика. Он романтичен и в отличие от брата совсем не стремится к карьере. Хочет заниматься тем, чем хочется, но сам не понимает чем. Тянет время, колеблется. Сироте все сходит с рук.

В результате в 1875 году Аполлинарий снова в Вятке. Он держит экзамен на звание народного учителя и отправляется в село Быстрица Вятской губернии. Впрочем, земское подвижничество в скором времени надоедает. В 1878 году он вновь решает укрыться под крылом заботливого брата. Правда, Виктор Михайлович за это время успел переехать из столицы в Москву.

Крыло вновь не подводит. Брат все же убеждает его выбрать профессию художника. Виктор Михайлович, невзирая на молодость, человек уважаемый, даже влиятельный. Он с легкостью сводит знакомства с полезными людьми в самых разнообразных областях человеческой деятельности. И охотно делится связями с братом.

Аполлинарий Михайлович наконец увлечен. Он много ездит и много работает – Крым, Кавказ, Урал, Сибирь, Европа. А затем появляется новая страсть – старая Москва. И к началу XX века она становится его профессией.

Васнецов-младший вспоминал: «Первая серьезная работа, заставившая меня заняться археологией Москвы, был рисунок к изданию Лермонтова, к „Песне о купце Калашникове“. Привелось с альбомом в руках собирать графический материал по музеям и библиотекам. Следующая работа – декорация для театра Мамонтова („Хованщина“ Мусоргского) заставила также много порыться в материалах. Дальнейшие большие мои картины по старой Москве шли уже по инерции, раз получив толчок в этом направлении. Чем далее шло увлечение прошлым Москвы, тем более и более открывались несметные сокровища этого города».

Отчасти образцом для подражания снова стал старший брат. В его работах тема прошлого довольно ощутима. Но для старшего она – совсем другое. Виктору Михайловичу важен успех у большинства.

У Аполлинария Михайловича все наоборот. Мнение толпы ему неинтересно. Гораздо важнее – историческая достоверность. И не беда, что это могут оценить всего несколько сотен человек. Важно, что именно их мнение имеет для него значение.

Одним из подобных ценителей Аполлинария был Александр Бенуа: «Его виды старой Москвы, являющиеся в научном отношении очень верными иллюстрациями, драгоценны и в чисто художественном отношении».

Между тем Аполлинарий Васнецов становится членом Комиссии по охране древних памятников при Московском археологическом обществе. Затем – членом самого общества. Входит в Комиссию по изучению старой Москвы.

Он участвует в раскопках, сидит в библиотеках, лазает по старым чердакам в поисках древностей, возносится над городом в корзине «пузыря» – так в то время называли воздушный шар. Изучает старинные карты и планы – называет их своими кормильцами и поильцами. И даже отыскивает изображения старой Москвы на древних иконах.

Васнецов фактически переместился из современной для него Москвы в XVII век. Вся его жизнь теперь происходила там, в глубокой древности. Его картины словно списаны с натуры, а рассказы не менее реалистичны.Васнецов фактически переместился из современной для него Москвы в XVII век. Вся его жизнь теперь происходила там, в глубокой древности. Его картины словно списаны с натуры, а рассказы не менее реалистичны.

Вот, например, описание Варварского крестца – небольшой площади в начале улицы Варварки – в исполнении младшего брата: «Шумная суетливая жизнь кипела на этом бойком месте старой Москвы. Здесь находились кружала и харчевни, погреба с фряжскими винами, продаваемыми на вынос в глиняных и медных кувшинах и кружках… Пройдет толпа скоморохов с сопелями, гудками и домбрами. Раздастся оглушительный перезвон колоколов на низкой деревянной на столбах колокольне. Разольется захватывающая разгульная песня пропившихся до последней нитки бражников… Гремят цепи выведенных сюда для сбора подаяния колодников. Крик юродивого, песня калик-перехожих».

Владимир Гиляровский посвящает Васнецову-младшему экспромт:

Тем-то и хорош, что не нов,
Аполлинарий Васнецов.

И одновременно Аполлинарий Михайлович руководит пейзажным классом Московского училища живописи, ваяния и зодчества.

Аполлинарий, тихий, спокойный и несколько робкий, со своей явно непредставительной внешностью (по словам Андрея Белого, «с неприятным видом скопца»)  любил уединение. Он жил в обычной квартире, в доходном доме недалеко от Училища живописи, ваяния и зодчества на Мясницкой, в котором он преподавал. Конечно, просторной и светлой – все-таки Аполлинарий Михайлович неплохо зарабатывал, но и без особенных затей.

Всеволод Аполлинарьевич (сын художника) писал: «Московская квартира наша состояла из шести комнат, вернее, из пяти жилых и большой передней, где стояла вешалка, стулья, а по стенам висели автолитографии в рамах, изображавшие характерные для творчества отца исторические сюжеты.

В передней четыре двери. Одна из них вела в самую большую комнату – гостиную, куда препровождали малознакомых или официальных посетителей. Пол ее, во всю площадь, был застлан красивым и мягким персидским ковром. Меблировка состояла из старинного, красного дерева, гарнитура павловских времен. У стен стояли кресла и диван со спинкой замечательного „пламени“ (особого рисунка). У противоположной стены – пианино с бронзовыми подсвечниками. Посередине гостиной стоял восьмиугольный стол, вокруг него кресла». И никаких претензий на богемность. Подобных квартир в Москве было множество.

1920-е годы были трудными для художника. У Васнецова была отобрана мастерская в здании училища. Он лишился заработка, квартиру уплотнили.

 В 1920-е Васнецов преподает в Московском техникуме кустарной промышленности, много занимается общественной работой в комиссии «Старая Москва», защищает и изучает памятники старины. Васнецов горячо протестовал против сноса исторических зданий, старался вместе c П.Д. Барановским сохранить хотя бы фрагменты разрушаемых новой властью памятников. В городских пейзажах Васнецов запечатлел уголки Москвы и Подмосковья 1920-х – начала 1930-х годов, многие из которых уже безвозвратно утрачены. Представление о них мы можем составить в том числе и благодаря творческому наследию Васнецова.

Умер Аполлинарий Васнецов 23 января 1933 года. Он был похоронен на Введенском (Немецком) кладбище рядом с могилой старшего брата, в тени столетних деревьев. На гранитной плите высечена надпись: «Художнику, историку, мыслителю…».

Источники:

сайт Милосердие.ru 

сайт Лаврус